Идея создания банка токсичных активов, отвергнутая президентом России во время острой фазы кризиса, возвращается на фоне весеннего финансового потепления. Надо полагать, что кризис затронул банки глубже, чем это видно из официальной отчетности, которая, скорее всего, была подвергнута косметической обработке по итогам года. Иначе зачем государству задумываться о такой дорогой и непростой мере, как создание банка токсичных активов?
С одной стороны, коллапса финансовой системы из-за основной угрозы плохих долгов не произошло, и картина банковского сектора выглядит почти не затронутой кризисом. Мрачные прогнозы рейтинговых агентств, которые предрекали рост просроченной задолженности в корпоративном сегменте кредитования до 40–50%, не реализовались. С другой – означает ли это, что банки вышли сухими их воды?
В прошлом году Центральный банк прогнозировал просрочку на уровне 10–11% по итогам 2009-го, а потом и вовсе пересмотрел ее до 7%. Теперь Банк России ожидает уровня 10–11% только к середине 2010 года. Но это уже критическая величина просрочки, которую министр финансов Алексей Кудрин предлагал называть банковским кризисом еще в прошлом году.
Однако многие банкиры еще более пессимистичны, полагая, что объем плохих долгов может быть куда более значительным. Так, еще недавно глава Сбербанка Герман Греф ожидал роста просроченной задолженности до 15%. При этом некоторые крупные российские банки уже достигли двузначного уровня просрочки по итогам года.
Президент Дмитрий Медведев на Петербургском экономическом форуме в июне 2009 года однозначно дал понять, что идея создания «плохого банка» реализована не будет.
Теперь сразу несколько инициатив по урегулированию проблемной задолженности на государственном уровне появилось в головах российских чиновников. Во-первых, президент дал указание правительству подготовить предложения, направленные на «увеличение эффективности процедур реализации заложенного имущества, в том числе во внесудебном порядке, и создание инфраструктуры для управления просроченной задолженностью». Читайте между строк: создать «плохой» банк.
Еще одну идею по урегулированию плохих долгов рассматривает ФСФР, которая готова создать фонд «плохих активов», с помощью которого планируется расчистить балансы и портфели управляющих от дефолтных облигаций.
Обе инициативы говорят за чиновников: проблема в финансовом секторе серьезнее, чем она видна на банковских балансах. И решать ее снова придется государству за счет бюджетных средств. Другой вопрос, как в будущем будут компенсированы средства, затраченные на расчистку банковских балансов. Обама придумал специальный налог для крупных компаний, которые должны будут вернуть порядка 90 млрд долларов в течение 10 лет из 500 млрд, затраченных на спасение экономики. Как будут возвращаться средства российских налогоплательщиков за спасение банковской системы, пока неизвестно.
Андрей Горянов,
Главный редактор журнала «Финанс.»
/Источник Финанс
